И эту гирьку российское государство не могло не приватизировать. 

Репетиция парада ко Дню победы в оккупированной Керчи. 7 мая 2018 года

"Четыре года войны сделали гирькой, которая на морально-этических весах должна перевешивать миллионы искалеченных Советским Союзом биографий"

Любой общенациональный праздник – это праздник субъектности народа. Что-то, что позволяет сказать – «мы добились». День взятия Бастилии – это история про то, как французы прогнали короля. День независимости в США – о том, как американцы получили независимость от англичан. И 9 мая в России точно так же претендует на статус национального праздника – но есть одно «но».

Современная Россия – это страна победившего государства. Которое не признает никаких носителей субъектности, кроме самого себя. Вертикаль пытается предъявить права на все хорошее, самостоятельное или прорывное, что происходило в истории страны. И ты либо соглашаешься с государственным правообладанием на историю, либо тебя выбраковывают.

День победы исключением не стал.

"Современная Россия – это страна победившего государства"

К его празднованию есть два противоположных подхода. Один – это державный. С парадами, знаменами, Сталиным и большими звездами на погонах. В рамках этого подхода в войне победили государство и система, вертикаль и военачальники. Пафос больших цифр и величественных масштабов. Это чрезвычайно удобный подход – потому что позволяет провести преемственность от «старого» Кремля к «новому». И объявить нынешних руководителей – наследниками прежних. А значит, позволяет обитателям кремлевских кабинетов говорить от имени победителей.

А есть другой подход к 9 мая. Индивидуально-личностный. В его рамках победа стала возможной благодаря обычным людям. Тем самым, которые вынесли на себе все «тяготы и лишения». Тем самым, у которых затем государство победу украло и присвоило – чтобы не делиться субъектностью. На флагах этой концепции нет ни Сталина, ни Жукова. Зато есть чьи-то бабушки и дедушки.

Этот второй подход все время искал свой собственный интимно-личный язык. В литературе – при помощи «лейтенантской прозы». В кино – при помощи «Белорусского вокзала». И даже «Бессмертный полк» поначалу рождался как оппозиционная альтернатива официозу. Вместо транспарантов и лозунгов люди несли портреты людей. Акция появилась в 2012 году в Томске – силами местной телекомпании «ТВ-2». Три года спустя телекомпанию лишат лицензии, а государство заберет «Бессмертный полк» под свое крыло.

Впрочем, все остальные попытки говорить о Дне победы без упоминания вертикали российское государство тоже пресекало. Юрий Бондарев смягчал финал повести «Батальоны просят огня» и становился литературным генералом. На каждый интимно-личный фильм о войне снимали десяток пафосных агиток. А «Бессмертный полк» из пространства семейного стал территорией официального.

Современная Россия отрицает индивидуальное. Частное может быть лишь частью государственного. Хочешь почувствовать силу? Облокотись о вертикаль. Присягни ей на верность. И тогда, возможно, она позволит тебе постоять под зонтиком государственного величия.

"Москва сделала День победы тестом на лояльность системе. А потому соседние страны обречены искать собственный язык для описания главной войны ХХ века"

Проблема лишь в том, что девятому мая уготована судьба КВН. В девяностые эта игра была международной – на сцену в Москве выходили команды из всех бывших республик СССР. А сегодня эта игра превратилась во внутрироссийское состязание. Место украинских, армянских, азербайджанских команд заняли команды из российских регионов.

Такое же будущее ждет и российский День победы. Москва сделала его тестом на лояльность системе. А потому соседние страны обречены искать свой собственный язык для описания главной войны ХХ века.

И дело не только в том, что на смену «георгиевской ленте» приходит красный мак. И не в том, что девятое мая постепенно уступает место восьмому. Куда важнее, что на свет выходит дискуссия о цене победы. О том, что было до войны и том, что началось после нее.

А к старым спорам о том, кто наследует у победившего Советского Союза, добавляется новый. О том, кто наследует у проигравшей Германии.

Павел КАЗАРИН,

крымский журналист, обозреватель Крым.Реалии

***

Послесловие от NU

В качестве Постскриптума приводим комментарий читателя ко вчерашней нашей публикации Записок Злопыхателя:

Alex Zverev •

Потери 6:1 (по другим оценкам от 8,5 к одному до 10 к одному) - по существу не ПОТЕРИ как таковые, а результат плановой работы режима. 
Люди должны понять: старая лубочная картинка - "репрессии 37 года перешли в массовый героизм советского народа, как один..." в корне неправильна на мой взгляд. Излишний фокус на репрессиях 30-х годов отвлекает людей от главного: с началом "великой отечественной" (ВО) репрессии как раз только и начались. Следует смотреть на ВО как на апофеоз репрессий, к которым 1930-е были скромной прелюдией.

На порядок большие потери были вызваны тем, что сталинский режим использовал ту войну, как машину по уничтожению собственного населения. Конечно, руками немцев, но все эти ржевы и крымы, харьковы и дубны, взорванный Днепрогэс, бессмысленные десанты и бросание плохо вооружённых людей (с отрядами НКВД сзади) на немецкие пулемёты - всё это никак нельзя назвать "ведением войны". По мне так это планомерное уничтожение своего населения. Преступления против немецкого населения в Восточной Пруссии и дальше были уже позже.

Мы почему-то настолько сжились с мыслью, что "нас много гибло потому что оружия было мало и оно было плохое", что не видим за деревьями леса. Та война - самый крупный проект по уничтожению своего населения в истории. Может только Пол Пот сравнялся и превзошёл - в относительных величинах...

http://novaukraina.org/news/urn:news:1C64F37