Информационное сопротивление

Михаил Берг. Фото из личного архива

 

Мы живем в нервные времена. Вчера нервов на все хватало, сегодня прямо-таки колени дрожат – не держите меня, у меня руки чешутся. Все понятно: вода убывает с каждым днем, обнажая забытые или неведомые общественные или собственные язвы. От которых выть хочется. Слетает изоляция, и провода начинают искрить и бить током.

Причем у каждого свои слабые места. У меня: когда интеллигентные и по всем признакам вменяемые и образованные люди оказываются шовинистами. То есть ты его во внутреннем разборе положил в левое бархатное углубление для серебряных ложечек, а он, оказывается, правый до нарушения приличий и пахнет кислым потом погрома, как брусья после физкультуры. 

 

Причем, как я понимаю, это у меня – стойка, сухость во рту и детское желание дать в харю.

А другие смотрят на то же самое и улыбаются: мало ли чего в этой жизни бывает.

Помню, как меня изумило пару лет назад, когда в Сирии все только началось, и один далеко не малолетний сын хороших, а главное известных мне родителей, написал, что для него, еврейского патриота, чем больше сирийцев поубивают друг друга (плевать на либеральные убеждения), тем только лучше.

Я взвился, у меня детство было тяжелое, дворовое, меня беспечные родители отдали в самую близкую к дому школу в новостройках, рядом с деревней Яблоновка, там евреев, как негров, в глаза не видели и били меня за милую душу, пока я, как в анекдоте, не разбил головой унитаз.

Но это не к тому, что не люблю антисемитизм, а к тому, что из этой истории, пришедшейся на переходный возраст, я вышел совершенно непримиримым. Ко всем видам и родам национальной исключительности. Хотя и ко всему остальному. И с тех пор, увы, ни с чем не примирился.

И если я слышу, что человек говорит, что, как еврейский патриот, он желает смерти всему сирийскому зверью, потому что они – враги Израиля, то этому еврейскому патриоту очень хочется прописать ижицу. А вот от других еврейских гуманистов – а сказано про враждебное зверье было публично – жду, понятное дело, бурю возмущения. Ведь промолчать – это солидаризироваться, правда? Ведь если какой-нибудь малоумный Милонов или, прости господи, Дима Киселев скажут, что чем больше геев убить, тем воздух чище будет: ведь все отметятся протестом, не так ли? А если какой-нибудь Дугин или Проханов обмолвятся, что евреи – там, пятая колонна и никогда русское государство своим не считали, то просто ураган Катрина начнется с привлечением ООН, ЕСПЧ и Пушкина.

А тут человек делает два заявления: что он – 1) еврейский патриот и 2) ему радостно, когда сирийцы (одинаковое враждебное зверье) уничтожают друг друга. Публично, друзья мои, на всю страну, так что каждый прочесть мог и прочел. То есть из первого выводит второе, если кто не понял.

Но это был черновик, а когда Путин запустил руку в сирийские трусы, патриот Израиля опять заголосил:Сирия должна быть стерта с лица земли.

Думаете, тогда и сейчас – шквал опровержений? Мол, каждый интеллигентный гуманист еврейской национальности на русской почве посчитал невозможным отмолчаться и дал отповедь еврейскому фашисту?

Так как выявленная им причинно-следственная связь должна была быть, как мне представлялось, неудобной тем, кто по тем или иным причинам считает себя русским или каким-то еще евреем.

Никакого отклика. Спокойное благодушное молчание. Три человека выразили свое возмущение и были тут же закиданы фекалиями со стороны разбушевавшегося еврейского патриота: Павел Литвинов (один из 8, вышедших в 1968 на Красную площадь с протестом против ввода советских войск в Чехословакию), Каспарови Пионтковский. Всё. Из знаковых фигур, конечно. Как я ни пытался спасти репутацию российских интеллигентов (пардон за самоуверенность), размышляющих о своем еврействе. Как ни призывал их вернутьмиру и себе лицо. Ничего не получилось. Решили не заметить и прискорбно отмолчаться, получив навсегда жирное пятно на репутации.

Я это к тому, что сегодняшние восторги по поводу Путина в Сирии и осуждение беженцев, как угрозы Европе и цивилизации, в котором отметилось достаточное число либеральных и публичных фигур – не удивительно. Не удивительно и то, как много среди них еврейских джентльменов и леди, не скрывающих, а акцентирующих свою национальность.

Но это тот случай, когда уровень образования, культуры и прочего благоприобретенного знания пасует перед страхами и чувствами, которые глубже и сильнее почти всех сдерживающих мотивов.

И разница между провинциальным ватником-путиноидом, окончившим восьмилетку в деревне Удино, и важной рафинированной графиней от либерализма с хорошим дипломом в анамнезе – нивелируется.

Натура сильнее, национальные предрассудки выше уровня интеллигентности и даже либеральных условностей.

Прискорбно, конечно, но поучительно.

Потому что здесь, как во всемирно отзывчивом сердце Достоевского, русский махровый национализм с еврейским борется за право быть первым в ненависти к мусульманам, чуркам, чехам, чучмекам, арабам и прочим сирийцам, смачно вытирая ноги о резиновый напольный коврик гуманизма со всей радугой цветов – от катакомбного христианского до абстрактного буржуазного. Конечно, и здесь есть градация – одно: оловянный солдатик-телепузик с круглыми глазами, другое – сложная и гибкая система самообмана и даже легкой (крупной?) ряби смущения, что исламофобия, оказывается, сильнее их детского неуверенного интернационализма из-под палки и анекдотичной дружбы народов. Вот как бывает (на мотив песни)!

А вы говорите – Путин, Крымнаш, Сирия как вантовый мост в СССР. Одна мораль для своих, другая – для варваров. Нервные люди.

Михаил Берг

http://www.kasparov.ru/material.php?id=560FA01B0991A

facebook twitter g+

 

 

 

 

Наши страницы

Facebook page Twitter page 

Login Form

ПОМОЩЬ ПРОЕКТУ!

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!
Вы можете оказать финансовую помощь нашему проекту на развитие и поддержку, перечислив денежные средства с банковской карты через LIQPAY:
Спасибо! Мы Вам очень признательны!